Tag : ВООП

По инициативе ВООП в России создаются ЭкоПосты

3 августа в Московской области у мусорного полигона «Ядрово» начал свою работу первый в России общественный ЭкоПост. Он появился спустя всего два дня, после того как данную инициативу Всероссийского общества охраны природы поддержал министр природных ресурсов и экологии Российской Федерации Дмитрий Кобылкин.

Мне понравилась инициатива о создании от населения экологических постов. Это нужно сделать в любом месте, где у нас такая проблема существует, — рассказал журналистам министр по итогам выездного заседания Межведомственного экспертного совета по общественному экологическому контролю в сфере обращения с отходами.

По словам Председателя Московской городской организации Всероссийского общества охраны природы Элмурода Расулмухамедова, данная инициатива была проработана с населением, с экспертным сообществом, поэтому не могла не обратить на себя внимание.

Одни экологические организации рассказывают, что всё плохо и нет никого решения данной проблемы, другие, что только власть должна всё решить. Но у нас другая позиция. Мы предлагаем: «Давайте сделаем вместе…» И, как видите, у нас есть поддержка и реальные результаты, — прокомментировал эколог.

Элмурод Расулмухамедов: «У нас перерабатывающей отрасли практически нет»

Ольга Арсланова: Мы продолжаем, в ближайшие полчаса поговорим о проблеме мусора в нашей стране. Уже с 1 января 2019 года переход на новую систему обращения с отходами все-таки состоится, потому что дальше откладывать нельзя – такое заявление сделал министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин. Примерно он обозначил, во сколько это как минимум обойдется: Минприроды намерено собрать 2.5 миллиарда рублей экологического сбора. Кроме того, нужно сформировать систему управления опасными отходами и разработать новые льготы для инвесторов в переработку отходов.

Юрий Коваленко: По его словам, предстоит практически с нуля создать промышленные мощности по переработке этих бытовых отходов и сделать этот сектор по-настоящему промышленной, прибыльной отраслью экономики.

Ольга Арсланова: В России, как и во всем мире, растет количество твердых коммунальных отходов. Насколько их больше стало?

Юрий Коваленко: За 10 лет, если честно, их стало больше на 30%, и лидером по мусорообразованию остается Москва: столица производит без малого 1/10 часть отходов страны. На втором месте Подмосковье, далее идут Краснодарский край, Санкт-Петербург, Самарская и Ростовская области. При этом только 10% российского мусора отправляется на мусороперерабатывающие заводы.

Ольга Арсланова: Ну а разговоры о новой системе, ее необходимости возникли после многочисленных митингов вокруг Москвы, они проходили в десятках городов. Самая острая ситуация со свалками была в Волоколамске, Коломне, Балашихе; во все эти города ездили наши корреспонденты, мы снимали репортажи, рассказывали о том, чем обеспокоены люди. Будет ли меняться ситуация сейчас и во сколько это нам с вами обойдется? Будем обсуждать в ближайшее время.

Ну и приветствуем в нашей студии первого заместителя председателя Центрального совета Всероссийского общества охраны природы Элмурода Расулмухамедова. Здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Элмурод Расулмухамедов: Добрый день.

Ольга Арсланова: Давайте разбираться. Новая система, когда нам говорят о том, что вот-вот, буквально через полгода начнут ее вводить, – что имеется в виду? Вот эти свалки, которые стали «героями» репортажей и которые привели к митингам, будут закрыты? Будут построены заводы? Или начнется сортировка мусора? Что будет сделано на первом этапе?

Элмурод Расулмухамедов: На самом деле с 1 января вступят в работу так называемые региональные операторы, они обязаны будут подписать договора каждый в своем регионе, каждый в своем кластере, и в дальнейшем вся функция, связанная с обращением с отходами, будет передана региональным операторам.

Ольга Арсланова: А кто это такие? Расскажите нашим зрителям, кто эти люди.

Элмурод Расулмухамедов: Ну как правило это частные компании либо компании с каким-то условным государственным участием. Собственно, суть реформы, которая затевалась и которая определялась 458-м законом «Об обращении с отходами производства и потребления», как раз заключается в укрупнении… У нас раньше была система, когда каждый муниципалитет имел свой небольшой полигончик, свою свалочку и так далее, все возили туда. Для того чтобы привлечь инвестиции в эту отрасль и для того чтобы внедрять новые технологии, понятно, что нужно было укрупнить это все. Соответственно, было принято решение о создании региональных операторов, в каких-то-то регионах один, в каких-то регионах больше. Эксперимент прошел в Москве, здесь операторы работают уже больше 5 лет, соответственно сейчас эта практика распространяется на все регионы. В прошлом году были сделаны территориальные схемы, базовые основы для бизнес-плана регионального оператора, в мае месяце большинство регионов, подавляющее большинство выбрало себе региональных операторов, сейчас идет работа по их вводу, входу в работу.

Ольга Арсланова: А что они будут делать? Они же не будут по старой схеме работать, собирать и вывозить, на этом все закончится?

Элмурод Расулмухамедов: Ну вы знаете, дело в том, что я думаю, что начнется все-таки пока с этого, то есть надо быть честными и понимать…

Ольга Арсланова: Реалистами.

Элмурод Расулмухамедов: …что мы за ближайшие, оставшиеся 4-5 месяцев не построим большое количество мощностей. Другое дело, что одновременно вступает в силу требование такое уже более жесткое в части размещения на полигонах непереработанных отходов, то есть резко будет увеличиваться требование к размещению на полигонах. Постепенно мы планируем, что мы выйдем на результат, что непереработанные отходы на полигонах размещаться не будут.

Юрий Коваленко: То есть получается, что стихийных свалок у нас не будет? У нас выгодно будет вкладывать в мусор?

Ольга Арсланова: Точнее к ним будет, может быть, какое-то другое отношение.

Элмурод Расулмухамедов: Я думаю, пока с точностью до наоборот. Дело в том, что сейчас очень жесткие начинаются требования экологические к требованиям размещения, это приводит к увеличению стоимости размещения там. По нашей такой осторожной статистике операторы, скажем так, с 1 января перехватят примерно хорошо если 60% отходов, а за всеми остальными 40% мы еще будем охотиться, бегать, ловить, заставлять, убеждать население, даже не столько население, сколько бизнес, что эти отходы должны быть направлены в эти каналы…

Юрий Коваленко: То есть общественный контроль все-таки необходим? Если вы где-то увидели, что начинает скапливаться свалка или машина выбросила мусор в лес, это точка, где будет стоять засада вашей организации и ловить этих самых нарушителей?

Элмурод Расулмухамедов: Ну в том числе и нашей организации. Дело в том, что общественный контроль должен носить сквозной характер, он должен начинаться не с отлавливания каких-то мусоровозов, которые куда-то что-то везут, а от работы непосредственно с оператором, от работы с населением по увеличению количества подписанных договоров, у него должно быть максимальное количество договоров подписано со всеми образователями отходов, и это тоже работа, которая требует помощи, поддержки и достаточно такого внимания. Если договор уже подписан, человек за это уже платит, вероятность того, что он это куда-то выбросит или еще что-то… Вот здесь надо начинать перехватывать вот эту всю историю. Это если говорить непосредственно об отходах. Понятно, что нелегальное какое-то размещение еще будет, но в принципе мы уже научились с этим бороться – и мы, и наши коллеги из Народного фронта достаточно быстро выявляем все это дело…

Юрий Коваленко: Но обществу надо учиться сортировать отходы.

Ольга Арсланова: Да, это отдельный вопрос, мы обязательно к нему придем. Просто у нас есть одна история о том, как пока что мы живем, о тех реалиях, которые существуют сейчас. Вот, например, в подмосковном селе Орудьево прошла акция по раздельному сбору мусора. Любой желающий мог скопившиеся дома пластиковые, стеклянные бутылки сдать. Жителям удалось собрать более 170 килограммов утиля – так сельчане пытались привлечь внимание властей к местной экологической проблеме, довольно крупному полигону твердых бытовых отходов. Буквально 500 метров от населенного пункта и вот, пожалуйста, свалка. Давайте посмотрим, что увидел наш корреспондент там.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: И вот накануне в Подмосковье начался суд над активистами, которые пытались помешать работе полигона твердых бытовых отходов «Непейно».

Раиса Белина: У них как бы были нарушения, ребята вызвали полицию. Приехала полиция, нарушители, естественно, обрадовались, и все разбежались, разъехались, а нас забрали. Вы знаете, нас забрали так молниеносно, так быстро, что я не успела опомниться. Взяли моего мужа, брата, меня.

Юрий Коваленко: Полиция задержала шестерых активистов, их обвинили в проведении несогласованного схода в общественном месте. Дмитровский городской суд оштрафовал всех на сумму от 10 до 15 тысяч рублей.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, после введения новой системы на что могут рассчитывать жители вот таких сел, которые видят эти свалки, которые совсем рядом? Для них что-то изменится?

Элмурод Расулмухамедов: Ну давайте пока на конкретном случае. Мы сегодня ночью на связи были с коллегами, общая сумма штрафа 85 тысяч, мы сейчас уже собираем, наша позиция, что надо эту ситуацию просуживать. Мы сегодня написали генеральному прокурору письмо с просьбой, чтобы разобрались по обстоятельствам задержаний, которые там были, то есть на каком основании и так далее, потому что мы считаем, что позиция Генеральной прокуратуры, обозначенная на выездной коллегии, которая была в Иркутске в конце июне, как раз и говорила об ужесточении и привлечении граждан, то есть люди вышли помочь генеральному прокурору навести порядок, а их, соответственно, полиция задержала, тем более их оштрафовали. История более чем некорректная, особенно в Год волонтера, то есть это такое пощечина обществу. Но так как мы действуем в законном поле, мы обратились в Генеральную прокуратуру, я сегодня ночью подписал письмо, мы его отправили, оригинал отвезем, и вечером у нас будет телефонная секция, мы обсудим с коллегами, что делать дальше.

Наша позиция достаточно жесткая, мы, видимо, будем… Мы перестаем верить в наш надзор, соответственно, мы будем подавать в суд непосредственно на полигон, нарушений там достаточное количество, будем его закрывать через суд, через требования исполнения всех необходимых требований, соблюдения стандартов и так далее.

Юрий Коваленко: Но ведь закрытие полигона не говорит о том, что он исчезнет. Кто его будет рекультивировать и когда?

Элмурод Расулмухамедов: Дело в том, что как раз способ, который мы используем, заставляет владельцев полигона выделять средства на рекультивацию и так далее. Наш механизм сработал на «Ядрово», мы разместили претензию, ядровцы тут же взялись, начали заниматься. То есть мы не говорим, чтобы просто сдали деньги, мы говорим, чтобы либо были предложены меры, которые приведут к рекультивации полигона, либо, извините, мы вас разденем, найдем где хотите, потом государство получит эти деньги, сделает это за свой счет, то есть деньги в данном случае поступают не нам, а в регион.

Ольга Арсланова: Но пока это перекладывание мусора из одного места в другое, то есть, очевидно, если не повезут туда, повезут куда-то еще. Понятно, что менять нужно, наверное, сам механизм. Что планируется делать для этого?

Элмурод Расулмухамедов: Менять надо… Иерархия разложена достаточно четко в структуре обращения с отходами, это в законе у нас прописано, иерархия достаточно простая. Она, правда, начинается немного не с того места, она начинается с раздельного сбора.

Ольга Арсланова: А, куда это потом повезут, пока тоже не очень понятно.

Юрий Коваленко: Хотя бы так.

Элмурод Расулмухамедов: Да. Дело в том, что с отходами надо заниматься с момента их образования, мы считаем, что надо работать с производителями, с дизайнерами и так далее. Есть целый ряд способ убедить их, чтобы они были более внимательными, как раз для того чтобы…

Ольга Арсланова: Для того чтобы мусора изначально стало чуть меньше.

Элмурод Расулмухамедов: У нас очень много сопровождающей упаковки, особенно отходы городских поселений, крупных городов как раз во многом составляет упаковка, это первое. Второе – это отказ от плохо разлагаемой, экологически опасной упаковки, это вторая история…

Ольга Арсланова: Ну то есть от пластика.

Элмурод Расулмухамедов: То есть мы считаем, что там надо начинать.

Дальше иерархия – это так называемый раздельный сбор. Здесь у нас сейчас идет такая масштабная идеологическая подготовка, у нас региональные органы сами себе промывают мозги на тему того, что надо наконец заняться раздельным сбором. Вы, наверное, в курсе, что вышли поручения президента по этому вопросу, в Подмосковье выбирают цвет контейнеров, еще что-то, мы знаем, что Москва готовится к такому серьезному запуску начиная с 2019 года. В Москве, я так понимаю, будет порядка 18 тысяч площадок, то есть вообще в каждом дворе это будет. Здесь много разных вариантов по раздельному сбору. Я сторонник, например, вообще использовать измельчитель под раковиной в городской среде, чтобы органика вообще не попадала, чтобы она шла сразу в канализацию, потому что это обогащает илы. Мы отдельно собираем макулатуру… То есть вот из моего опыта, я собираю, получаю где-то 1 килограмм отходов в неделю, у меня раздельный сбор запущен полностью.

Ольга Арсланова: Ну а то, что невозможно слить в канализацию или сжечь, – с этим что будут делать?

Элмурод Расулмухамедов: Здесь разные версии. Вот у меня мой вот этот пресловутый килограмм – это в основном целлофановые пакеты, которые я покупаю, и так далее. Здесь есть два разных подхода. Один подход – это направлять на термическую утилизацию, соответственно, так как это все-таки углеродосодержащее, в планах нашего правительства строить, скажем так, привлечь инвестиции, за счет частных денег построить целый ряд таких объектов, 4 в Москве, 1 в Казани, сейчас уже идет слушание по…, тоже проходит очень тяжело…

Ольга Арсланова: То есть где будут сжигать и немного перерабатывать или много перерабатывать?

Элмурод Расулмухамедов: Разные концепции есть. Есть концепция, что сортировочные мощности… Понятно, что раздельный сбор должен происходить дома, максимум во дворах, а мы сторонники того, чтобы это было дома. Западная концепция, которая нравится нашим чиновникам, – это во дворах вот эти разноцветные контейнеры и все прочие приключения дорогостоящие, а дальше либо сортировка, либо перегрузка, соответственно если сортировка, в Москве есть несколько сортировок, которые работают, которые вызывают, конечно, вопросы, но не вызывают таких серьезных претензий, притом что они находятся в 150 метрах от жилых домов, это одна концепция. Концепция, которую исповедует, например, Московская область, – это крупные мусороперерабатывающие комплексы (как они их называют, КПО, комплексы по переработке отходов), где крупная сортировка, дальше переработка органики, то есть станция компостирования так называемая и так далее, рядом на периферии какая-то попытка развивать мощности по переработке того, что отсортировали.

Юрий Коваленко: Вот нас телезритель спрашивают и я присоединяюсь к этому вопросу. Вот все мы выбрасываем мусор, ходим к контейнеру, видим, что в нем есть. Там лежит половина старого кресла, несколько банок из-под краски, какая-то всевозможная керамика, битые горшки, все что угодно. То, что не подходит под утилизацию по материалам, куда девать? Это надо специальную машину заказывать каждый раз, если мне захочется выбросить две банки краски, или как-то утилизировать самому?

Ольга Арсланова: Собрать за год, потом вызвать…

Юрий Коваленко: Потом выселят соседи.

Элмурод Расулмухамедов: Нет, на самом деле не так. Дело в том, что это зависит от того, какая банка: если банка металлическая, то вы это отправляете в одно место, если у вас банка пластиковая, то вы это отправляете в другое место, то есть по материалу.

Юрий Коваленко: Даже пусть она и опасная?

Элмурод Расулмухамедов: По материалу отходов по сути своей, потому что дальше все равно идет дополнительная обработка и те отходы, которые будут признаны неочищаемыми, опять же вернутся в общий поток для дальнейшей либо термической переработки, либо захоронения. Поэтому здесь не надо бояться, вы можете… Желательно, конечно, чтобы вы полную банку краски не выкидывали, но здесь какой-то выбор предоставляется. Мы как раз сейчас возили большую делегацию журналистов, общественников знакомиться с опытом такого рода, европейский и немецкий опыт, как раз земля…, Вестфалия. Там есть так называемый контейнер с серой крышкой – это то, что точно идет на мусоросжигание, дальше идут контейнеры с органикой, с бумагой, пластиком и так далее, то есть граждане сами делят, платят они только за то, что положили в контейнер с серой крышкой. Есть такая история. То есть здесь много различных вариантов.

Вот то, что вы говорите из нашего с вами опыта, мы с вами нечасто бьем керамические горшки, надеюсь, зависит от наших семейных отношений. У нас основные отходы, базовые – это пластик (пластиковая упаковка), это макулатура (бумага) и это органика. То есть в структуре московских отходов, Москвы и Московской области, которые вы указали здесь как 30% образования страны, 35-40% составляют органические отходы, порядка 10% макулатура, порядка 10% пластик, остальное уже…, есть металлы 4-5%, стекла 4-5%. Поэтому в принципе практически для каждого вида отходов есть какие-то варианты использования и так далее.

Другое дело, что у нас перерабатывающей отрасли практически нет, то есть у нас более-менее сильные в основном макулатурщики, понятно, что с металлом люди разбираются, с цветным и черным металлом, а все остальное у нас пока в состоянии… Есть заводы в Московской области, но чуть вы отъедете, и пластик уже… При этом все эти отходы такого класса, такие по весу и стоимости, что их далеко возить смысла большого нет. И вот эти мощности, которые будут строиться, это в том числе подготовка, то есть измельчение и так далее, то есть сделать так, чтобы это было выгодно возить.

Ольга Арсланова: Послушаем наших зрителей. У нас на связи Курская область. Алексей, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Ольга Арсланова: Да, вы в эфире.

Зритель: Добрый день, ведущие, добрый день, гость. Я очень приветствую вашу программу. Я хочу вам сказать, что чтобы решить эту проблему с мусором, в первую очередь надо перейти на целлюлозную упаковку, на бумагу, ликвидировать во всех магазинах вот эти целлофаны, пластики и все, стеклопосуду оборотную сделать, и проблема решится. А то получается, мы платим в магазине за упаковку, потом платим, чтобы мусор, а потом еще теперь будем платить за переработку, вот денежки куда наши улетают.

Ольга Арсланова: Спасибо, Алексей.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Все приводят в пример Европу, где купил что-то в пластиковой таре, а потом ее сдал и вернул сколько-то там евроцентов. Как у нас планируют работать с производителями? Ведь есть действительно договориться с ними, проблем будет значительно меньше еще на самом начальном этапе.

Элмурод Расулмухамедов: Ну нам пример Европы, как это сказать, достаточно условный…

Ольга Арсланова: Но мы же в догоняющем положении пока что.

Элмурод Расулмухамедов: Нет, мы в обгоняющем положении.

Ольга Арсланова: Почему?

Элмурод Расулмухамедов: По очень странной причине. Система оборотной тары была очень сильно развита в Советском Союзе, у нас еще 50% населения принимали участие как раз в этом всем.

Ольга Арсланова: Есть еще память об этом.

Юрий Коваленко: И хорошо же было.

Элмурод Расулмухамедов: Человек, который говорил, прямо помнит, как это все было. Соответственно, система залоговой стоимости у нас существовала для стеклянной посуды, ее можно применять для широкого круга товаров. Система сбора через пункты у нас была для целого ряда, самое легендарное наше – это макулатура, сбор макулатуры в Советском Союзе осуществлялся в разы больше, чем он осуществлялся в то время в Европе. Соответственно, понятная история, отказ от пластиковой упаковки, переход на бумагу, это одна история. Вторая история – это переход на то, что у нас в Советском Союзе называлось авоськами, она всегда была в кармане, всегда если надо было что-то купить…

Ольга Арсланова: Вместо одноразовых пакетов.

Элмурод Расулмухамедов: Вместо одноразовых пакетов как версия. Сейчас вот этот тренд только входит в моду в Европе, там селебрити ходят с большими такими сумками и так далее, то есть они идут по нашим следам, но вот мы в свое время просто, когда в том числе и на деньги западных специалистов, по их подсказке разрушали наши систему, мы вот эту историю достаточно серьезно упустили. И мы считаем, что самое разумное сейчас – это как раз начинать возрождать ту систему, которая была. Потому что в каждом практически доме есть кто-то, кто помнит, как это делать, все. Это не только наша позиция, мы понимаем, что она за горизонтом, у нас пока чиновники определяют стоимость контейнера и все остальное, мы уже перешли на следующий этап. Но вот у нас президент 3 недели назад подписал закон об отмене НДФЛ на скупку макулатуры…

Ольга Арсланова: На то, что ты сдал.

Элмурод Расулмухамедов: Это такой прямой сигнал всем нашим чиновникам, что макулатуры не должно быть в контейнерах, это товар, это вторичный материальный ресурс. В Советском Союзе это все называлось вторичные материальные ресурсы, если что-то попадало в контейнер, это было ЧП по сути своей. У нас, правда, органика направлялась, вы знаете, либо на компост, либо в деревню, соседям, поросенку и так далее, было подсобное хозяйство, так двигалось. Макулатура собиралась, менялась на книги, тряпки прямо ездили собирали люди специальные. То есть у нас под все что-то было, соответственно, у нас в советское время контейнер наполнялся, в конце дома он стоял, всегда он был один и всегда наполнялся довольно долго.

Это была другая система, мы прекрасно понимаем, что мы после вот этих итераций, миллиардных проектов, сортировок, сжигания, которое, кстати, тоже было развито в Советском Союзе, все равно придем к тому, что мы называем рачительным отношением, разумным отношением. И из нынешнего списка отходов, где тысяча наименований, мы изымем огромный список, который будет называться вторичные материальные ресурсы.

Ольга Арсланова: Понятно.

Подсказывают нам коллеги, очень много звонков с одним вопросом: насколько увеличатся суммы в наших платежках за мусор? Сколько мы заплатим за новую систему, каждый из нас? Можно это спрогнозировать?

Элмурод Расулмухамедов: Вы знаете, дело в том, что… Ну спрогнозировать достаточно сложно, потому что изначально вся реформа затевалась, была идея заплатить за ее создание, за создание мощностей через так называемый экологический сбор, когда в стоимости каждого товара, который мы покупаем, сразу есть некая стоимость утилизации и упаковки, и самого товара. И предполагалось, что это приведет к определенному росту стоимости, но он не предлагал, что он будет больше 2-3%, но это было не в платежке нашей за коммунальные услуги, это была именно часть через товар. Когда закон начинал продвигаться, была оценка, что ежегодно мы сможем так получать порядка 12 миллиардов долларов, то есть это не 2.5 миллиарда, на которые сейчас министр рассчитывает. Но потом, вы знаете, там случились, это в основном через импорт, из этих миллиардов порядка 6 должны были поступать от импорта, потому что весь ширпотреб, который пересекал границу, а деньги уже были уплачены в Германии, в странах-поставщиках уже были уплачены эти утилизационные сборы, идея была забрать это.

Сейчас мы пока не научились собирать эти деньги экосбора – не то что не научились, мы пока только ввели на очень ограниченную группу товаров, очень такие «нежные» ставки. Поэтому один из способов, максимум, что мы будем собирать, – это эти 2.5 миллиарда. То есть либо за это будет платить население, либо мы заплатим это опосредованно через покупку товаров, либо мы все-таки перейдем на разумный способ как раз залоговой системы и так далее, тогда этой суммы не будет. Это решение проблемы.

Ольга Арсланова: Понятно.

Элмурод Расулмухамедов: Пока стоит позиция минимизировать, старательно минимизировать увеличение тарифа. Вы знаете, окупаемость самых больших, самых дорогостоящих объектов, заводов по термической утилизации заложена в зеленый тариф, то есть их строительство не должно сказаться на тарифе.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо большое за то, что ответили на наши вопросы. Первый заместитель председателя Центрального совета Всероссийского общества охраны природы Элмурод Расулмухамедов был у нас в гостях. Спасибо от наших зрителей.

Элмурод Расулмухамедов: Спасибо.

 

ВИДЕО https://otr.webcaster.pro/d0210425-25c2-42ef-a09f-93afa3783911

Обское море «зазеленело»

Обское море (Новосибирск) стало зеленым. Причина тому цветение водорослей. Однгако беспокоится об этом не стоит, водоросли не опасны для человека.

По мнению экспертов, что этот цветение продлится недолго. Обычно оно начинается при температуре выше 20 градусов, а при понижении температуры массовое размножение водорослей прекращается.

Те виды, которые у нас в массе размножаются во время цветения, не продуцируют какие-то ядовитые вещества. Но подобные ситуации известны и в других районах, это может быть не так просто. Токсины могут попадать в воду, — рассказал vn.ru заведующий кафедрой общей биологии и экологии НГУ Михаил Сергеев.

Новосибирский эколог — руководитель регионального отделения Всероссийского общества охраны природы Дмитрий Сапелкин также подтвердил, что данное явление носит сезонный характер и не скажется на биосфере территории.

 

Подмосковные эксперты об опыте Германии по обращению с отходами

В конце июля делегация общественных экологов Подмосковья вернулась из Германии. Там эксперты ознакомились с зарубежным опытом по обращению с отходами, побывали на объектах отрасли.

Организатор поездки выступило Всероссийское общество охраны природы. В состав делегации вошло 23 человека: представители 1 ТК, ТК Россия, ТВ360 Подмосковье, ТАСС, РИАМО, а также представители общественности нескольких муниципальных округов Подмосковья, общественных организаций, блогеры, экологи.

Своими впечатлениями некоторые члены делегации поделились в социальных сетях.

Николай Пушкин

На днях вернулся из командировки в Германию. Представляли мы там нашу Московскую область, а объектом нашего пристального внимания и предметом бурной деятельности явился технопарк по индустриальной переработке промышленных, опасных и других видов отходов Remondis в землях Северного Рейна-Вестфалии. Название технопарка говорит само за себя, поэтому пропущу множество пояснений, а сразу расскажу, что мы там делали.
Мы – это наша делегация: представители федеральных и региональных СМИ, члены муниципальных общественных палат, представители общественных организаций и экоактивисты Волоколамска и Сергиева-Посада, Каширы и Балашихи. Ну, а меня вы знаете.
Технопарк сам по себе огромный, и оснащен всем необходимым для того, что люди забывали слово мусор сразу же после того, как вынесут его из дома. Есть в структуре этого предприяти и свой полигон для захоронения отходов. Но это не то, что у нас тут. У них там захоранивают шлак и золу, оставшиеся после термопереработки. Да и то, не все, а что-то примерно половину. Половина же идет на производство материала для дорожного покрытия. Производство здесь же, на территории полигона.
Все у немцев сделано с умом, даже нет смысла объяснять подробности. Там не течет фильтрат, потому что он тут же собирается и очищается. Там нет горючего свалочного газа, потому что он тут же отводится и даже производит электричество посредством газовых генераторов. Много ли, мало ли, а 14 тысяч жителей ближайшего населенного пункта запитываются электроэнергией, которую вырабатывает полигон отходов.
В этой командировке довелось мне побывать и в городе Кёльн, а прямо в городе мусоросжигающий завод (МСЗ). Стоит себе, работает, никому не мешает и никто на него не жалуется. Потому что жаловаться не на что. Там одних фильтров на половину территории завода установлено. Заменяют их с немецкой педантичностью точно по регламенту. Один элемент примерно раз в четыре дня, а вся система очистки обновляется раз в восемь месяцев. Нам показывали все их техпроцессы, и все там соблюдается на высшем уровне. Снятый фильтр на этом же заводе летит в топку. И обслуживает такой заводик два миллиона человек — миллион жителей Кёльна и миллион его окрестностей.
Рассказывали нам, что было время и у немцев, когда они восставали против своих МСЗ, пришлось оно на середину 90-х годов прошлого века. Но народ был против старых заводов, запущенных еще в начале 70-х годов. После запуска новых, проблема отпала. Да и общественный контроль там тоже на высшем уровне. Если у нас на весь город и район один лишь мой #Эко_пост, по моему собственному почину открытый, да ещё пару-тройку активистов и есть весь общественный контроль, то в Кёльне горожане на специальные экскурсии ходят на завод. В Германии даже государственный закон об этом есть. По закону «Об экологической информации» любой житель может запросить и получить любую информацию по работе завода. Там у них вообще много разных полезных законов касающихся экологии имеется. Например, опять же по специальному закону с 2005 года в Германии запрещено захоронение необработанных отходов. Все должно пускаться на переработку.
Я наверное, пока прерву свой рассказ. За четыре дня этой поездки я узнал столько нового, интересного, удивительного, полезного, что мне это еще долго самому переваривать. Соберусь с мыслями и выложу что-то еще из того, что я там почерпнул. Вот появится какая-нибудь тема по местной проблематике и будет повод поделиться знаниями. А рассказывать о том, какие немцы молодцы, что могут сами себе здоровый быт наладить, можно бесконечно.

Вера Горбунова

Как известно, на прошлой неделе делегация представителей СМИ и общественников из Подмосковья посетила Германию, для ознакомления с опытом по обращению с отходами. Мне довелось быть участницей этой делегации. Два дня поездок по объектам были очень насыщенными. Удалось ознакомиться не только с общей информацией, но и вникнуть, кое-где, в детали (хотя, к сожалению, далеко не везде, где хотелось бы). Я планирую поделиться информацией и выводами в ближайшее время, в нескольких публикациях по отдельным вопросам.
Первая из них – о раздельном сборе, ибо с него начинается правильное (экологически обоснованное) обращение с отходами.

На фото – контейнерная площадка многоквартирного 8-этажного дома. Ее содержимое – 18 контейнеров, а именно:
— 6 контейнеров — с синими крышками — для макулатуры (бумага, картон),
— 4 контейнера — с желтыми крышками — для упаковки из пластика и металла,
— 4 контейнера — с серыми крышками — для смешанного, «серого» мусора,
— 4 контейнера — с зелеными и коричневыми крышками — для биоотходов.
Все контейнеры на площадке – по 1,1 м3, кроме контейнеров для биоотходов (они меньше – по 240 л).

Вывоз осуществляется 1 раз в две недели (!), за исключением макулатуры (ее вывозят 1 раз в месяц). Несмотря на это, запаха мусора на контейнерной площадке нет (или практически нет, в зависимости от чувствительности). Запах появляется, если открыть крышку контейнера. Открыв крышку «желтого» контейнера, мы увидели, что упаковка складирована в нем в пакетах (по виду полиэтиленовых), туго завязанных. Кстати, мыть упаковку не обязательно (переработчик этого не требует). Скорее, мыть ее желательно для исключения запаха на самой площадке рядом с домом.

/Прим.: в РФ ежедневный вывоз мусора требуется СанПиН, в Германии такого нет. Состояние площадки, на мой взгляд, показывает, что гораздо эффективнее (и в перспективе дешевле?) заменить контейнеры на закрытые и регулярно мыть их./

Контейнеров для стекла на площадке нет, поскольку часть стеклянной тары является возвратной (можно сдать за возврат залоговой стоимости; об этом отдельно), а невозвратного стекла образуется мало. Чтобы избавиться от него, нужно пройти к соседней общей площадке (фото в комментарии). Контейнеры для стекла – металлические, но с шумоизоляцией (отдельные для прозрачного, зеленого и темного стекла). Тут же – устройство (контейнер) для приема старой одежды, которую забирают благотворительные фонды.

Крупногабаритный мусор (КГМ) вывозится по графику, а если мусора много, можно заказать индивидуальный вывоз (за плату), или привезти КГМ самостоятельно на площадку оператора по обращению с отходами (фото в комментарии), как и ряд других отходов.

График вывоза различных отходов жители получают от вывозящей компании на каждый год. Он представляет собой календарь-книжку, которую можно повесить в удобное для себя место.

И, наконец, важный и непростой вопрос. Вопрос оплаты вывоза отходов. Жители оплачивают вывоз только «серых» контейнеров и контейнеров для биоотходов (при этом вывоз биоотходов стоит в 2 раза меньше). Вывоз остальных («синих» и «желтых») осуществляется за счет производителей товаров (через систему РОП (расширенной ответственности производителей) и выплату экосбора – эта система есть и в РФ, но пока она не работает, наверное, об этом тоже нужно сказать отдельно). Если же по приезду водитель обнаруживает, что «цветной» контейнер заполнен смешанным мусором, то счет за него жителям будет выставлен как за «серый». Если же такое происходит регулярно, то жителям устанавливают дополнительно еще один «серый» контейнер (и плата за вывоз увеличивается).

Во сколько же обходится все это жителям Германии? Что называется, «по нашим меркам», очень недешево – от 100 до 150 евро с человека в год. Для корректного сравнения с тем, что платим мы, эту сумму, конечно, нужно «перевести» с учетом имеющихся различий (цены, зарплата и пр.). Но, предположу, даже в этом случае она останется немаленькой и ощутимой. Но, как мне кажется, и здесь можно было бы найти приемлемое решение. Для начала, проанализировать, чем обусловлена стоимость и какие есть направления для ее снижения. А в качестве продолжения, обратить внимание на имеющиеся источники средств для частичного финансирования за счет государства… Например, не могу не упомянуть об этом, у нас до сих пор «растворяется» в бюджете «плата за негативное воздействие на окружающую среду» (в том числе за размещение отходов). В общем, решение могло бы найтись… Было бы желание и намерение подумать и проработать вопрос как следует.

Наталья Галл

В первый день мы посещали завод термической обработки отходов AVG хотя я бы поменяла программу и сначала бы показала, как собираются отходы и сортируются с дальнейшей переработкой во вторсырьё, а уж этап термической обработки показала бы в конце. Так как в Германии сжигаются только хвосты, которые невозможно переработать, а это не более 20% от всего объёма отходов, немцы перерабатывают практически всё и ещё прибыль получают на переработке. Но программу не я составляла, поэтому идём по этапно.
Для нас была представлена презентация завода термической обработки отходов AVG. Лично я зацепилась за вопрос фильтров на данном производстве и выяснилось, что на предприятии 4 мусоросжигательных линии, каждая линия оснащена системой фильтров, которые меняются 1 раз в 4 дня и другие 1 раз в 8 месяцев. Стоимость обслуживания только смены фильтров обходится предприятию в 200 тысяч евро в год. Также меня интересовал вопрос контроля со стороны государства по смене фильтров, выяснилось, что отсутствие замены фильтров на прямую зависит от мониторинга показателей выбросов, которые как раз и контролирует региональная власть. Представитель компании также пояснил, что они конечно могли бы менять фильтры только перед приходом контролирующего органа, но они этого не делают, потому что мониторинг передачи данных происходит в ежедневном режиме. Ну конечно, чтоб взбодрить немецких и российских коллег и внести провокационную нотку в диалог, я задала следующий вопрос: «Что бы Вы сделали, если бы захотели сэкономить на замене фильтров?». Мой вопрос вызвал смех у немецких коллег, они пояснили, что контролирующий орган, которой проверяет производство раз в год, может попросить предъявить платёжные документы на приобретение фильтров, у немцев мыслей даже нет таких, чтоб сэкономить на фильтрах. Но мой то вопрос был как раз связан с вопросами наших жителей в части стоимости и контроля эксплуатации таких производств.
Презентация завода https://yadi.sk/i/4zJWEUr63Zgm8a
Более подробно с видео презентацией предприятия и видео обхода самого производства можете ознакомиться по ссылкам на нашей странице Региональный центр общественного контроля Московской области.
Видео https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=411033999303303&id=318312185242152

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=411046419302061&id=318312185242152

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=411181229288580&id=318312185242152

Далее мы посетили Полигон ТБО AVG, где были презентованы современные технологии эксплуатации и рекультивации. Директор Клаус Арц лично провел экскурсию и рассказал о технологии эксплуатации. Про полив тела полигона фильтратом он пояснил, что немцы также использовали данную технологию, но впоследствии отказались от неё заменив на полив водой. Полигон не должен быть слишком влажным и не должен быть слишком сухим. Для выработки газа из полигона необходимо выдерживать баланс состояния полигона. Но замечу, что полигон в Кёльне не большой по нашим меркам, всего лишь 2 км в длину и 500 метров в ширину и используется только для захоронения остатков после сжигания так называемых хвостов термической обработки. Старые участки полигона, которые уже не используются для привоза отходов покрывают плёнкой. В теле полигона буровые отверстия-колодцы в количестве 250 штук, к каждому колодцу подведены трубопроводы. До 2009 года, весь газ, который они собирали, направляли по трубопроводу на электростанцию, где этот газ сжигался. С 2009 года весь газ сжигается на моторе прямо на территории полигона. В разрезе газового колодца можно увидеть схему движения газа, который из колодца попадает в трубопровод, который в последствии методом сжигания перерабатывается в электрическую энергию. Так как от государства идут хорошие субсидии, руководству выгодно вырабатывать энергию именно на территории полигона, а не уводить куда-то за пределы, как они делали это до 2009 года.
Также нам показали пробы концентрата фильтрата с разных мест, получаемый после работы очистных сооружений полигона. Методом биологической очистки в большие ёмкости с фильтратом запускается воздух, есть определённые виды бактерий, которые уничтожают определённые вредные вещества, и эти бактерии оксидируют с помощью поступления воздуха, а есть другие виды бактерий, которые распадаются при анаэробных процессах.
Презентация полигона https://yadi.sk/i/zwqj1mJs3Zgm3N

Более подробно с видео презентацией предприятия и видео обхода самого производства можете ознакомиться по ссылкам на нашей странице Региональный центр общественного контроля Московской области.
Видео https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=411811659225537&id=318312185242152

На следующий день мы посетили контейнерные площадки многоквартирного дома в Люнене, нам рассказали, каким образом осуществляется раздельный сбор отходов в муниципалитетах Германии. Контейнеры с крышками разных цветов, синие для бумаги и макулатуры, желтые для пластика, отдельные контейнеры для биотходов, отдельные контейнеры для мусора, который не пригоден к переработке и пойдёт на мусоросжигающий завод, также по всему городу стоят контейнеры для стекла, они есть не у каждого дома. В Германии нет САНПИН на ежедневный вывоз, вывоз отходов происходит один раз в 14 дней.
Далее мы посетили ТЕХНОПАРК REMONDIS – самый крупный технопарк в Европе по индустриальной переработке отходов в том числе промышленных и опасных отходов, общая территория 230 га. Послушали презентацию международной группы компаний REMONDIS, презентацию технопарка.
Далее посетили территорию предприятия WBL оператора по вывозу твёрдых коммунальных отходов в г. Люнен (совместное предприятие ГЧП между Администрацией г. Люнен и Remondis). Посмотрели площадку по организации сбора разносортного мусора, в том числе и сбор опасных отходов (лампы, батарейки, пр.) Далее проехали по всей территории Технопарка, где представлены предприятия по переработке органических отходов (компостирование), предприятия по переработке гипса, линия по переработке отходов животного происхождения, завод по производству биодизеля, линия термической переработки /утилизации промышленных и опасных отходов, линия по переработке металлургических предприятий.
Также мы посетили новый завод компостирования и переработки био-отходов в Технопарке Ремондис, который пока не введён в эксплуатацию, на завершающей стадии окончательный этап организации производства. На действующем предприятии по переработке органических отходов (компостирование) можно увидеть уже полученное готовое сырьё для удобрения почвы, которое активно используется в сельском хозяйстве.
Огромное впечатление на меня произвело производство вторичной переработки отработанных бытовых электроприборов (холодильники, телевизоры, мониторы, мелкие электроприборы). Из данного сырья получают серебро, золото — это фантастика!

Далее мы поговорили о расширенной ответственности производителей в Германии/ЕС. Нам дали краткий обзор германского и европейского законодательства об ответственности производителей товаров за утилизацию использованной упаковки, так называемое Германское постановление об упаковке, рассказали про взаимодействие между производителями товаров, системными операторами, муниципалитетами, операторами по логистике, операторами по сортировке, обработке, вторичной переработке использованной упаковки и вот самое важное финансирование раздельного сбора и переработки отходов упаковки происходит исключительно за счёт экологических платежей производителей!!! А не за счет граждан, как нам сегодня пытаются навязать в России.

Более подробно с видео презентацией предприятия и видео обхода самого производства можете ознакомиться по ссылкам на нашей странице Региональный центр общественного контроля Московской области
Видео https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=412083119198391&id=318312185242152

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=413098955763474&id=318312185242152

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=414532955620074&id=318312185242152

Итог. Система по сбору, сортировке и переработке отходов, которая сегодня в Германии, подразумевает полную прозрачность и открытость, при очень серьёзном контроле государства. Всё завязано на государстве, государственное частное партнёрство успешно работает, бизнес уверен в завтрашнем дне и спокойно вкладывается инвестициями на долгосрочные проекты, а государство заинтересовано в отсутствии проблем в данной отрасли и обеспечивает бизнес объемом работ, заключается такой контракт на 20 лет и все спокойно делают свою работу, никто ничего ни у кого не «отжимает», как в России это часто происходит.
Российская практика показывает, что бизнес в данной отрасли загоняют в такие условия, что бизнес не заинтересован развиваться в отрасли, вкладывать в инвестиции, так как никто гарантий бизнесу, что он завтра останется на плаву и с объемами работ, никто не даёт.
Считаю, что необходимо всю систему российского государства перестраивать, очень сложно всё это будет сделать властям, нужна сила воли и поддержка граждан для реализации глобальных перемен в данной отрасли. Но для начала нужно хотя бы научиться уважать собственный народ, научиться вести диалог с собственными гражданами и не путём оказания давления, как сегодня можно наблюдать, задержания, избиения гражданских активистов, протестующих против строительства МСЗ, новых полигонов.
Знаю точно и наш опрос это подтвердил, что жители Московской области на 99% готовы к реализации проекта по раздельному сбору отходов, слово за властью.

Экологи заключили пари на круглом столе по раздельному сбору

Круглый стол: «Мифы и реальность раздельного сбора бытовых отходов: проблематика и выгода»

УЧАСТНИКИ

Михаил АНТОНОВ — координатор общественного экологического проекта «Росэко»

Антон КУЗНЕЦОВ — заместитель генерального директора компании по раздельному сбору мусора «Сфера экологии»

Владимир КУЗНЕЦОВ — директор Центра экологических инициатив

Елена ЕСИНА — член экспертного совета комитета Государственной думы по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству, президент ассоциации «Русрециклинг», кандидат экономических наук

Тимур УСМАНОВ — член Центрального совета Общероссийской общественной организации «Всероссийское общество охраны природы»

ПО ТЕЛЕФОНУ:

Екатерина РОДИОНОВА — член совета Ассоциации переработчиков электронной и электро-бытовой техники, генеральный директор АО «Петромакс»

ВЕДУЩИЕ:

Михаил ПОМИДОРОВ

Теймур АБДУЛЛАЕВ — корреспондент отдела «Московская власть» газеты «Вечерняя Москва»

Запись прямого эфира

https://vm.ru/tv/519693.html

 

Особо охраняемые территории теперь будут охранять по-особому

Вчера законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части совершенствования правового регулирования в области охраны и использования особо охраняемых природных территорий) принят Государственной Думой в 3-м и окончательном чтении.

Вступившие в силу нормы запрещают передачу в частную собственность территорий заповедников и национальных парков, строительство на их территорий спортивных сооружений, размещение скотомогильников и мусорных полигонов.

Кроме того, законопроект фактически снимает коллизию, созданную в результате формирования разных режимов посещения ООПТ, когда сами работники ООПТ, должностные лица и представители малочисленных народов, проживающих на данной территории, обязаны были оплачивать проход на территорию.

Ещё одним значительным моментом стала отмена обязательной государственной экологической экспертизы материалов, обосновывающих создание новых особо охраняемых природных территорий.

Очень долго эта норма фактически тормозила процесс создания особо охраняемых территорий, что, безусловно, по отношению к таким объектам недопустимо. Мы пытаемся сохранить природные объекты и вынуждены были доказывать, что это экологично. Теперь коллизия устранена, и оэто очень радует, — отметил член Центрального Совета Всероссийского общества охраны природы, руководитель Московской областной организации Тимур Усманов.

Эксперты ВООП оценили систему экомониторинга на московском НПЗ Газпром нефти

19 июля 2018 года эксперты Московской областной организации Всероссийского общества охраны природы посетили Московский НПЗ «Газпром нефти». Они ознакомились с современными технологиями экологического мониторинга и контроля, внедренными на производстве. В соответствии с трехсторонним соглашением «Газпром нефти», Росприроднадзора и Министерства связи и массовых коммуникаций РФ с 2018 года Московский НПЗ является пилотной площадкой для разработки единых федеральных требований по внедрению отраслевых систем мониторинга. Визит прошел по инициативе общественной организации и стал частью программы изучения передовых природоохранных проектов на крупнейших предприятиях России.

Подмосковные экологи в Центре мониторинга МНПЗ: Дмитрий Кузнецов, Сергей Козлов, Роман Незовибатько, Станислав Карпач

Включенность завода в систему экологического мониторинга стала важным результатом программы модернизации предприятия, которую с 2011 года продолжает «Газпром нефть». Действующая на МНПЗ комплексная система предусматривает регулярный контроль в пределах санитарно-защитной зоны и на территории предприятия. Данные предоставляются надзорным органам, публикуются в открытом доступе на сайте завода и отображаются на уличном светодиодном экране. Производственные объекты МНПЗ оборудованы автоматическими газоанализаторами, которые передают данные в надзорные ведомства. На границах санитарно-защитной зоны предприятия дополнительно размещены автоматизированные пункты контроля загазованности «Мосэкомониторинга».

«Московский НПЗ активно применяет наилучшие доступные практики и решения в развитии систем мониторинга предприятия. Кроме того, мы являемся надежными партнерам в создании системы экологического мониторинга в Московской области. В 2017 году МНПЗ передал в дар областному Министерству экологии и природопользования оснащенную современным оборудованием мобильную лабораторию экологического мониторинга. Завод традиционно открыт для прямого общения с экологами и жителями соседних районов Москвы и Подмосковья. Мы рады, если наш опыт станет полезен в промышленности», — заключил начальник управления промышленной безопасности и экологии МНПЗ Юрий Ерохин.

Начальник управления промышленной безопасности и экологии МНПЗ Юрий Ерохин.

В ходе визита эксперты осмотрели ключевые производственные объекты МНПЗ, ознакомились с технологиями лабораторного контроля. Посетили объединенную операторную МНПЗ, откуда осуществляется цифровой контроль за основными производственными процессами завода и соблюдением экологических норм.

Первый заместитель председателя Центрального совета ВООП Элмурод Расулмухамедов

«Система экологического мониторинга МНПЗ по праву считается одной из лучших и является примером для других предприятий. Фактически это пять уровней последовательного контроля, начиная с датчиков в ближайших жилых районах и заканчивая регулярным контролем самой производственной площадки. И это не закрытые данные: вся информация абсолютно доступна. Наша организация будет работать над тем, чтобы такой опыт был тиражирован на промышленность Московской области и предприятия ТЭК по всей стране в целом», — сказал первый заместитель председателя Центрального совета ВООП Элмурод Расулмухамедов.

Председатель Московской областной организации Всероссийского общества охраны природы Тимур Усманов

«Безусловно, выстаиваемая Московским НПЗ и Правительством Москвы система экомониторинга на сегодняшний день во многом инновационна и интересна как одна из моделей открытого совместного контроля. Она ещё не идеальна, но имеет большую перспективу стать основой для общегосударственной модели, в том числе в рамках обеспечения автоматического контроля сбросов и выбросов и информационного обмена в части принимаемых сейчас Государственной Думой ФС РФ изменений в ст.67 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». Надеемся, распространение данного опыта серьезно «озеленит» промышленность Московской области и улучшит качество жизни в регионе , — прокомментировал председатель Московской областной организации Всероссийского общества охраны природы Тимур Усманов.

Пункт мониторинга московского НПЗ Газпром Нефти

По словам экологов, это отнюдь не первое и не последнее посещение Московского НПЗ. Они намереваются и дальше открыто взаимодействовать с предприятием в рамках осуществления общественного мониторинга, обсуждения новых общедоступных практик и их применения на российских промышленных площадках.

Справка

С 2011 года компания «Газпром нефть» ведет программу по комплексной реконструкции и модернизации Московского НПЗ общей стоимостью более 250 млрд рублей. Благодаря реализованным мероприятиям завод на 50 % снизил воздействие производства на окружающую среду, в том числе на 36 % уменьшил поступление загрязняющих веществ в атмосферу. В рамках второго этапа модернизации к 2020 году воздействие на окружающую среду будет сокращено еще на 50 %.

Тимур Усманов в Центре мониторинга МНПЗ
Дмитрий Кузнецов и Роман Незовибатько обсуждают увиденную систему мониторинга на МНПЗ      
Областные экологи осматривают пункт мониторинга МНПЗ
Эмурод Расулмухамедов

 

Зимой и летом одним ли цветом?

В середине июля прилетать на Байкал — сплошное удовольствие! В Байкальске, Слюдянке —  сезон клубники, на каждом базарчике так много красной крупной ягоды, что хочется остановить машину, сесть в тенёчке с видом на широкую водную гладь и наслаждаться моментом: когда еще лето подарит такое удовольствие, ягода действительно сочная и разная на вкус и цвет — с кислинкой и без, розовая и темно-красная! Близость Байкала и свежайший воздух добавляют свои нюансы радости.

Но все это не меняет главную цель моей поездки в Байкальск — увидеть, как проходит рекультивация промышленной зоны Байкальского ЦБК. В декабре 2017 был подписан Государственный контракт № 66-05-65/17 на выполнение работ по ликвидации последствий негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности открытого акционерного общества «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат». Подписавшие стороны: заказчик — Министерство природных ресурсов и экологии Иркутской области, и подрядчик — АО «Росгеология». Накануне читал в СМИ, что работы ведутся очень медленно, скорее, не идут, но хотел увидеть собственными глазами.

Фотоотчет очень короткий. Карты с отходами Байкальского ЦБК радуют девственной зеленью и тишиной. Встретивший меня на объекте начальник участка ООО «РГ-Экология» Андрей Лебедев показывал, не скрывая: вот пробуренные скважины для гидромониторинга, здесь в августе начнут исследовать отходы в картах. Зимой и летом основной цвет на месте хранения отходов Байкальского ЦБК, конечно, разный (кто бы в этом сомневался!), а вот состояние природы одинаковое — тишина…

Генеральный директор ООО «РГ-Экология», подрядчика по Госконтракту, Артем Полтавский не уклонился от встречи и прояснения ситуации. Разговор у нас состоялся подробный.

— Вы думаете, меня и сотрудников не гнетет такая тишина на объекте? Конечно, гнетет. Мы бы с удовольствием показали масштаб. Только в нашей ситуации лучше качественно выполнить подготовительные работы, чем заниматься имитацией кипучей деятельности за государственный счет в надежде, что не заметят подлога.

Первым барьером, не позволившим вовремя начать работы, стала задержка в передаче нам на баланс карт с отходами. Мы их получили только в конце апреля. Но главная проблема состоит в том, что после проведенного специалистами Росгеологии Байкальского целлюлозно-бумажного комбината обследования, стало ясно, имеющийся проект ликвидации отходов неработающий.  Например, проект предусматривает обеззараживание воды с помощью очистных сооружений комбината. Но они сломаны и восстановлению практически не подлежат. Кроме того, предусмотрена технология омоноличивания твердых отходов. Это означает, что необходимо привезти сюда, на берег Байкала, в природоохранную зону миллионы тонн цемента, щебня, извести, других материалов, чтобы перемешать с твердыми отходами и изготовить бетонные блоки — нерационально, да и нереально, потому что для этого надо восстанавливать железную дорогу, которая на комбинате так же в нерабочем состоянии! То есть омонолитить отходы Байкальского комбината здесь на месте невозможно. К такому выводу пришли и заказчик, и научная общественность, и природоохранная прокуратура, и мы, производители работ.

Поясню. Технология омоноличивания отходов — это фактически закатывание их в бетон. В картах находится 6,2 млн кубометров отходов. Понятно, что примерно половина объема — это вода. Но и 3,6 млн кубометров твердых отходов — очень большой объем. Как показывает опыт, для омоноличивания требуется соотношение 1:3. Потребуется привезти в природоохранную зону в три раза больше материалов! Наверное, можно было бы выполнить проект рекультивации, предложенный ВЭБ-инжинирингом, в 2013 году, когда работали очистные сооружения БЦБК, функционировала железная дорога и сам комбинат в целом был в рабочем состоянии.

— Но если не омоноличивание, то что же взамен?

— В рамках холдинга «Росгеология» мы за последние месяцы рассматривали большое количество технологий. Как только стало известно о подписании Госконтракта, были проведены общественные слушания по проекту. Большое количество людей сразу проявили интерес. Были проведены десятки совещаний, изучали технологии пиролиза, термолиза, разложения шлам-лигнита и прочих отходов субкритической водой (японская технология), разведения микроорганизмов, червей, технология осушения и других. В конечном счете, полагаю, что только глубокий анализ может дать ответ на вопрос, какая технология будет оптимальной для утилизации и рекультивации. Если, например, анализ отходов покажет низкие показатели концентрации вредных веществ, то может быть использована технология смешивания и разбавления большими объемами грунта, либо вывоз с дальнейшей утилизацией. Если анализ покажет высокую концентрацию вредных веществ, то может быть выбрана и другая технология. Главное — мы не должны усугубить экологическую ситуацию.

— В чем заключаются подготовительные работы, которые «РГ-Экология» проводит сегодня?

— Это работа, которая поможет выбрать правильную стратегию и ускорит выполнение программы в следующем году.  Во-первых, мы пробурили семь скважин, в них будет установлено телеметрическое оборудование, которое в режиме реального времени позволит контролировать поведение грунтовых вод вокруг карт с отходами.  При этом нужно понимать, что 7 пробуренных скважин — это очень мало: на Бабхинском полигоне их четыре и три на Солзанском. Даже с учетом того, что можно попытаться восстановить еще 6 скважин, которые сейчас в аварийном состоянии, 13 скважин — это очень маленькая сеть для мониторинга. Поэтому мы ведем переговоры и убеждаем заказчика в необходимости расширения мониторинга почв, воды. Должна быть уверенность в том, что гидротехнические сооружения (карты) не протекли, не несут угрозу Байкалу.

Второе направление наших действий. В конце июля в Байкальск привезем специальное оборудование, которое позволит взять пробы в опытно-промышленном масштабе и определить состав отходов во всех картах, а в дальнейшем позволит уточнить методику ликвидации отходов конкретно для каждой карты. Дело в том, что их заполнение происходило 40-50 лет назад, по официальным данным, вывозили 14 видов отходов. В последние годы было зафиксировано много случаев несанкционированного сброса бытового мусора, строительных отходов. Поэтому состав отходов разный даже в пределах одной карты: где-то больше золы с ТЭЦ, где-то шлам-лигнина, где-то мусора. И наша задача сейчас — до начала основных работ все-таки определить то, что предстоит ликвидировать.  По результатам, надеюсь, осенью, станет понятно и то, как ликвидировать: мы будем готовы предложить технологии.

— А объемы работы понятны?

— Уточним и объемы, поскольку последние данные 4-5-летней давности.  Мы не подвергаем их сомнению, но планируем с помощью геофизического оборудования изучить фактические объемы отходов в каждой карте. Если в теплое время, то проплывем на лодке, если зимой, то по льду протянем оборудование и с помощью геолокации поймем физические объемы и структуру отходов.

— Я обратил внимание, что по проектной документации заказчик передал ООО «РГ-Экология» для работы 10 карт из четырнадцати. Четыре карты на Бабхинском полигоне оставил у себя. Почему?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Есть еще одни нюанс. После остановки БЦБК в 2013 году, в нарушение норм природоохранного законодательства с производственных цехов был проведен сброс черного щелока в аварийный накопитель и в очистные сооружения. Я уже говорил, что это было выявлено специалистами Росгеологии во время проведения подготовительных работ. Его не менее 160 тысяч кубометров. Черный щелок более ядовитый раствор, чем шлам-лигнин, и его также необходимо утилизировать. Мы, как и заказчик, считаем, что к ликвидации отходов на берегу Байкала необходимо подойти комплексно и не оставлять нерешенных проблем. Поэтому мы считаем важным и целесообразным уточнить задание по госконтракту и скорректировать проект ликвидации отходов.

— То есть для пользы дела необходимо выйти за границы подписанного Государственного контракта? Но вы прекрасно знаете, что сам проект, разработанный ВЭБ-инжинирингом, получил положительное заключение государственной экологической экспертизы, его нельзя просто отложить в сторону. Как и Государственный контракт нельзя просто отменить, если под него уже выделено финансирование.

— Мы поддерживаем консолидированную позицию, согласованную и заказчиком, и наукой, и природоохранной прокуратурой, что необходима корректировка проектной документации, необходимо дополнительное соглашение между заказчиком и исполнителем. Оно поможет собрать все оставшиеся объемы для рекультивации, решить, что делать с зараженной водой, которую нельзя обезвредить разрушенными очистными сооружениями и нельзя просто так взять и сбросить в Байкал. В конце концов, надеюсь, позволит решить, что будет на очищенной территории, ведь сегодня нет понимания, как заказчик планирует использовать гидротехнические сооружения, те же карты после ликвидации отходов. То есть дополнительное соглашение может дать старт решению целого ряда проблем, имеющихся на берегу Байкала.

 

Элмурод Расулмухамедов

первый заместитель председателя Центрального совета ВООП

Джой Мани и ВООП поддержали инициативу создания «зеленого щита» Новосибирска

Микрофинансовая компания «Джой Мани» является партнером Всероссийского общества охраны природы, активно развивает и поддерживает экологическое движение в стране, участвует в эко-акциях.

На прошлой неделе региональное отделение Общероссийского народного фронта в Новосибирской области выступило инициатором общественных слушаний о создании лесопаркового зеленого пояса вокруг Новосибирска. Мероприятие прошло с участием представителей Общественной палаты, правительства Новосибир ской области, а также депутатов Совета депутатов города Новосибирска, Законодательного собрания и природоохранной прокуратуры.

МФК «Джой Мани» решила поддержать эту инициативу и привлечь к ней внимание широкой общественности как в Новосибирской области, так и в других регионах России.

«Сотрудник нашей компании совершил прыжок с парашютом и посвятил его развитию экологических проектов в Новосибирской области и, в частности, в Новосибирске, где расположен один из офисов нашей компании. Создание «зеленого щита» – это важная часть развития экологии Новосибирска, проект, благодаря которому будут сохранены и приумножены леса вокруг города», — сказала генеральный директор МФК «Джой Мани» Марина Смирных.

«Зеленый щит» в Новосибирской области включает в себя леса, природные ландшафты, водоемы в Искититском, Колыванском, Новосибирском и других лесничествах на общей территории 55 тыс. 325,7 га. Создание «зеленого щита» поможет сохранить существующие зеленые зоны, леса и парковые территории, улучшить качество жизни горожан, дать гарантию, что вокруг Новосибирска будут сохранены источники чистого воздуха.

«Инициатива федерального закона о «зеленом щите» на сайте Российской общественной инициативы набрала 100 тыс. голосов почти за месяц, что является беспрецедентным результатом и доказывает реальную актуальность проблемы. 100 тыс. голосов отдали только те, кто голосовал в интернете. На самом деле за эту идею выступают миллионы наших граждан. Помимо жителей Московской области, реализацию инициативы о «зеленом щите» поддержали граждане и в других регионах, в том числе и в Новосибирской области», – сказал сопредседатель регионального штаба ОНФ в Новосибирской области Сергей Соколов.

«Формирование благоприятной среды обитания в городских условиях — одна из важнейших задач. Думаю, что особое внимание к вопросам экологии, которое в России уделяется в последние годы, позволит нам коренным образом переформатировать окружающую нас инфраструктуру, сделав её более биоаутентичной», — прокомментировал Председатель Новосибирского регионального отделения Всероссийского общества охраны природы Дмитрий Сапелкин.

 

Итоги экспертного совета Минприроды: экоконтроль усилят

4 июля в Министерстве природных ресурсов и экологии РФ состоялось 1-ое заседание Межведомственного экспертного совета по общественному экологическому контролю в сфере обращения с отходами с участием главы Минприроды России Дмитрия Кобылкина.

В Cовет  вошли представители федеральных министерств и ведомств, Генпрокуратуры, независимых экологических организаций (в том числе ВООП), ученые Российской академии наук, заслуженные экологи, представители инициативных групп из разных регионов страны (Челябинск, Новосибирск, Пенза, Москва, Московская область и др).

Члены Межведомственного экспертного совета Минприроды РФ

Создание консультативного органа профессионального общественного контроля стало продолжением совместной работы Минприроды, Минстроя и Минпромторга России, но впервые к открытому диалогу приглашены представители общественности и эксперты со всей страны.

Роман Незовибатько предложил разработать единую концепцию работы с населением России по организации раздельного сбора ТКО на основе успешно работающей в Новосибирской и Томской областей общественной программы ВООП и МОЭО «Тут грязи нет» программы.
Элмурод Расулмухамедов обозначил необходимость системного общественного экологического контроля, тесного взаимодействия надзорных органов и общественных экологических инспекторов ВООП.

Сейчас в сфере отходов есть переход от слов к делу. Строятся объекты, определяются участники рынка, но в то же время нужно объяснять людям, что происходит. Не исключаю, что потребуется введение общественного контроля и за работой вновь определяемых региональных операторов. В «точках напряжения» уже дежурят наши активисты, — отметил общественник.

Эксперты-экологи Роман Незовибатько, Андрей Жданов Наталья Галл с Министром природных ресурсов Дмитрием Кобылкиным после заседания экспертного совета.